Новости Твиттера

Вы здесь

Интервью с Натальей Шнурко, директором комбината питания в Томске

Фонд президентских грантов

17 мая 2021 года

Наталья Александровна Шнурко

Наталья Александровна Шнурко,
директор комбината школьного питания из г. Томска

Директор комбината школьного питания из г. Томска - Наталья Шнурко рассказала о позитивной практике, которая сложилась у комбината с родительскими комитетами, и просто с родителями. Подробности об опыте такой конструктивной работы, об интересных и полезных нюансах сотрудничества читатье в интервью "Школьное питание - мое хобби".


Школьное питание - мое хобби!

Меня зовут Наталья Александровна Шнурко. Я занимаюсь организацией питания детей с девяносто восьмого года. Говоря о школьном питании, надо сказать, что это прежде всего здоровое питание, щадящее питание, диетическое. А то, что здорОво, не всегда, к большому сожалению, здОрово для наших детей.

Зачастую мы сталкиваемся с проблемой, что дети приходят к нам в школу с неправильно сформированным пищевым поведением, попробовав практически все те продукты, которые категорически запрещены в детском питании: шашлык, кетчуп, картофель фри, различные маринады, пища с перцем, уксусом, майонезом. Дети наши пробовали абсолютно всё.

Говоря о здоровом питании, о щадящем питании, в котором из всех специй в арсенале у повара — соль и лавровый лист, наша миссия — приучить детей к такому правильному питанию. Я частый гость в школах и прежде всего смотрю на тарелки детей. Если я вижу, что тарелка полная, ребёнком оставленная, я пробую прямо из тарелки, я не брезгливая. С другого конца отламываю кусочек или пробую гарнир. Пища, которая очень приятная на вкус, качественно приготовленная, дети от неё отказываются. Особенно, если это печень, рыба, творожные блюда. То есть всё то, что мы не привили в рационе питания дома. И если дети из организованного коллектива, из детского сада, они знакомы с этой едой, у них сформирована привычка. Привычка формируется за 21 день. Если ребенок получает печень в школе 1 раз в 10 дней, то когда 21 раз он получит печень? Возможно, ему первого года и не хватит на то, чтобы сформировать привычку, чтобы есть печень. В организованном коллективе дети всегда начинают есть лучше. Если Маша с Петей печень едят хорошо, а Вова, Саша, Даша и Марина не очень, то глядя вот на этих, они тоже попробуют. И им, возможно, понравится, и они, попробовав, будут приучать себя к этому продукту.

Что касается качества продукции, все, естественно, идет от качества получаемого сырья.

Априори, школьное питание не может быть дешевым, потому что качественные продукты стоят более дорого, чем их заменители, суррогаты различные.

Если работать честно, правильно и хорошо,
то никакая проверка страшна не будет

Чтобы получилась качественная котлета на выходе, надо изначально взять качественное сырье высшей категории. Растительное масло, например, тоже берем с перекисным числом более 2 моль активного кислорода на килограмм жира. Все продукты имеют свои требования, которые мы ни в коем случае не имеем права нарушать. Детское питание, школьное питание, оно всегда подвержено проверкам. И это очень хорошо, особенно внезапный контроль, это очень правильно. Я только за контроль всегда, потому что нам скрывать нечего. И у нас таким образом глаз не замыливается. Если работать честно, правильно и хорошо, то никакая проверка страшна не будет.

Вы сказали, что по нормативам контролируется качество исходного сырья, которое должно быть хорошее, чтобы продукт был качественный на выходе. Какие применяются у Вас входные методы контроля для сырья?

Мы сдаем не только свою продукцию на бак-анализ, но и сырье, например, молочную продукцию на фальсификат

Во-первых, мы все продукты получаем только с сопроводительными документами, декларациями соответствия. Это ветеринарные справки, это система "Меркурий". Что касается животных и скоропортящихся продуктов — молока, сметаны, сливочного масла, яиц, птицы, рыбы, курицы — эти все продукты приходят с ветеринарными справками. Все остальные — с декларациями соответствия. Каждый поставщик продуктов сдает анализы производственного контроля на сырье, которые в любое время мы можем запросить. И нам их предоставляют. По программе производственного контроля мы сдаем не только свою продукцию на анализ, именно на бак-анализ. Мы точно также и сдаем сырье, например, сливочное масло на фальсификат. Или молочную продукцию.

Поставщик предоставляет вам результаты анализов по фальсификации или это только вы делаете?

Длительные отношения заставляют более ответственно относиться, чтобы не подводить друг друга

Нас тоже не всегда устраивает качество. Мы берём только пакетированное сливочное масло и масло, изготовленное по ГОСТу. Если вдруг какие-то... честно скажу, такого очень давно не случалось. Мы пользуемся как живым молоком, так и сухим молоком. Было один раз, что сухое молоко сворачивалось. Этот продукт возвращается тут же, несмотря на то, что у него хорошие документы. Мы не знаем, на какой стадии произошел сбой, и почему это молоко свернулось, стало хлопьями. К счастью, поставщики тоже понимают. Мы на протяжении достаточно длительного времени работаем с определенным кругом поставщиков. Это тоже есть хорошо и правильно, я считаю. Потому что мы дорожим друг другом, не подводим друг друга.

Поставщики предоставляют документы, декларации о соответствии, ветеринарные справки. Есть ли в этих документах анализы на фальсификацию, как мяса, так и молочной продукции? Или анализы делаются по запросу?

Программа производственного контроля включает системный анализ,
в т. ч. на фальсификат

В этих документах нет. Они не по запросу нашему делаются, они делаются обязательно. Каждый производитель и поставщик продуктов питания обязаны по программе производственного контроля через определенное количество времени проводить анализ производственного контроля, в том числе на фальсификат. Незадолго до пандемии у моего предприятия была очень большая проверка плановая, где как раз брали все продукты, в том числе на фальсификацию. У нас не было абсолютно никаких нареканий по продукции. Очень много брали продуктов: и мясо, и рыбу, и курицу, и сухофрукты, все крупы, в том числе и на фальсификат. Перед проведением оздоровительной компании всегда в мае месяце у всех поставщиков, которые с нами работают, запрашивают свежие анализы, касающиеся сырья.

Анализы на фальсификацию делаются в рамках производственного контроля с определенной периодичностью. Можно узнать, какая это периодичность?

У нас раз в три месяца.

Это анализы, которые делаете не вы, а которые делает поставщик?

Да.

Если вы сменили поставщика, и он оказался ненадежным, поставил вам фальсифицированные продукты, а у вас не хватило внимания их проверить. К вам пришла проверка и обнаружила, что у вас на выходе продукта участвует фальсификат. Чья в этом случае будет ответственность — ваша или поставщика?

У нас таких ситуаций не было. Но ответственность будет наша. Это потом мы можем предъявить иск поставщику. Но вообще любыми путями мы должны работать с качественными продуктами, давать детям качественную продукцию. А как мы будем делать — это наша задача. Прежде всего проверкой входных документов и визуальной проверкой. Смотреть органолептику сырья. При кипячении сливочного масла сразу все видно, и воду, и дымление, при заправке гарниров уже видно, что с этим маслом что-то не так. И сразу ставят в известность нас, а мы уже связываемся с поставщиком. И быстро эту партию можем заменить.

Если у вас возникли сомнения в качестве поставляемого сырья, вам придется делать этот анализ самостоятельно?

Если есть сомнения в качестве сырья, мы сразу его возвращаем, а отношения с поставщиком выясняем потом

Нет, мы сразу возвращаем, запрашиваем документы, запрашиваем другую партию. Бывало такое. Где-то нам сосиски подсунули с перцем, он сразу был виден. Мы их сразу же вернули.

Просто возвращаете?

Здесь безопасность питания детей, здоровье детей. Поэтому лучше сразу этот продукт вернуть. Если что-то смущает, лучше сразу этот продукт отдать и потом уже дальше выяснять отношения.

Такая система отношений, что комбинат питания вправе вернуть продукт на основании своих подозрений, она узаконена для всех или только ваша специфика из-за ваших хороших взаимоотношений с поставщиками?

Конечно узаконена. Мы товар возвращаем не потому, что он нам не понравился, мы обосновываем свою претензию. Вот вы видите, что в сосисках черный перец? — Да, вижу.

Это визуальный контроль. А когда он не позволяет увидеть, но у вас есть подозрения? Вы можете вернуть товар? Вот получили вы масло, и оно вам визуально не понравилось?

Да, можем. Мы вызываем представителя. Говорим, почему просим заменить эту партию, разберитесь. Но таких случаев не было. С теми поставщиками, с которыми мы работаем, у нас не будет такой проблемы. Во-первых, и за нас держатся, мы достаточно крупный потребитель продукции, у нас друг с другом больше партнерские отношения, нежели какие-то другие.

Набор документов, которые Вы перечислили: сертификаты, декларации, свидетельство о производственном контроле, они предоставляются с каждой партии продуктов?

Да, конечно.

В Томске с поставщиками питания очень хорошая ситуация, по крайней мере, у вас. Вы долго искали таких поставщиков?

В начале деятельности да, конечно, мы сменили трех, потом как-то мы пришли к общему знаменателю с поставщиками. И теперь у нас, наверное ни одного поставщика не осталось, с которым бы мы работали меньше 10-ти лет. Уже можно им доверять, естественно.

Среди них есть местные региональные?

Да. У нас большая птицефабрика здесь есть.

По поводу сроков контрактов Вы сказали, что долгосрочные контракты с надежными поставщиками — выгодны.

Выбирали по качеству поставщиков. Директора делились, какой поставщик хороший, какой нравится, а какой нет.

Конечно, они выгодны. Мы когда начинали работать в 1997 г., в городе закрылся государственный общепит со школьной базовой столовой, который обслуживал все школы города. И пришли частные структуры в питание, и как-то рынок закрепился, и многие на этом рынке не удержались, потому что выбирали не по деньгам, ни кто меньшую сумму даст, а именно по качеству поставщиков. Директора делились, какой поставщик хороший, какой нравится, а какой нет. Те, кто не очень добросовестно это организовывал, все ушли. Остался "костяк", который работает сейчас в городе. Кто-то имеет всего одну школу, кто-то имеет кратно больше школ. Очень похвально для нашего города — у нас очень хорошо везде, во всех школах. Мы — крупное предприятие большое, у нас, конечно, и возможностей больше. Мы много проводим различных праздников, у нас есть кому это сделать, кому организовать. Мы можем позволить себе держать санитарного врача, несколько технологов, делать единую калькуляцию. Если у тебя одна школа, то ты всеми этими сотрудниками обеспечить не можешь.

На питании детей деньги не экономятся. Они выделены именно под те продукты качественные, которые сейчас должны использоваться в питании детей.

Большая глупость — разыгрывать конкурсы на питание детей в школах, в больницах.

А если ты работаешь хорошо, тебя директор выбрал, ты сформировал команду, которая в этой школе уже 15 лет работает, повара всех уже знают, у них душа там, на этой раздаче, с детьми. Зачем что-то менять? Сэкономить деньги? На питании детей деньги не экономятся.

Прежде чем выделить эту сумму, у нас запрашивали массу документов. Сколько будет стоить школьный обед, школьный завтрак? Деньги выделены именно под те продукты качественные, которые сейчас должны использоваться в питании детей. Допустим, если я на 10% упаду, затраты мои никуда не денутся. Я, естественно, должна купить дешевое сырье, фактически это фальсификат. У меня сейчас мясо, которое я беру, задняя часть говядины, оно стоит 423 руб. на закупи, но можно его купить и за 300 руб. Но, вы меня извините, это как раз то мясо, в котором массовой доли соединительной и жировой ткани свыше 20% или мясо мех.обвалки, которое запрещено в школьном питании. Нет ресурсов, за счет которых ты бы смог понизиться на этих конкурсах. Социальное питание, оно мало прибыльно, зарплата у поваров по тому труду, который они исполняют, оставляют желать лучшего. При Советском Союзе всегда было планово убыточным общественное социальное питание. Сейчас его хотя бы малоприбыльным сделать для того, чтобы как-то развиваться. Поэтому в рамках крупного комбината питания, даже если "курочка по зернышку клюет", что-то останется и можно делать какие-то проекты. На нашем сайте "Переменка" можно посмотреть, мы очень много делаем проектов с детьми — вкладываемся, подарки делаем хорошие и разные проводим конкурсы. Считаю, что большая глупость — разыгрывать конкурсы на питание детей в школах, в больницах.

Система контрактов
на 1 год — это незащищенность социального питания

По контракту мы должны всё полностью приобрести сами. Это и хорошая посуда, хорошие столовые приборы, хорошие тарелки, кружечки вместо стаканов. Мы закупаем всё это в большом количестве. Плюс все бочки, кастрюли.

И вот, условно говоря, я выигрываю конкурс на один год, а потом я все свое оборудование, всех людей забрала. Я людей не могу трудоустроить на постоянно, только на срочный трудовой договор, потому что я ограничена контрактом, который могу принять только на год. А завтра и сама останусь без работы, если проиграю конкурс. И я ведь не смогу такую армию содержать, выплатить им деньги даже по сокращению. То есть я с ними заключаю трудовой договор на один год на период исполнения контракта. А дальше как получится. Это незащищенность социального питания.

А какой срок контракта Вы считали бы разумным?

Я считаю, пусть он будет даже на один год, если я уверена в своих силах, добросовестности, что я буду работать хорошо, и директор меня не захочет сменить. Это все будет зависеть от меня, от качества моей работы. Если я хорошо работаю, со мной продолжают работать, если плохо — нанимают другого поставщика без розыгрыша. Человек должен зарекомендовать себя репутацией. Я не могу вкладываться в школы из-за таких розыгрышей.

В розыгрышах главный критерий — это деньги. Школа ведь даже не может поставить свои параметры качества?

Да, никто не смотрит на опыт, на заслуги. В школьном питании нельзя экономить. На детях экономить нельзя, это их здоровье. Как только начинается розыгрыш, мы сидим и трясемся. Были неблагонадежные поставщики, заходили и на мои школы.

Может ли школа какие-то критерии прописать при розыгрыше так, чтобы выиграл тот поставщик, про которого она знает, что он хороший?

Они выставляют критерии, которые их устраивают. Стараются опыт прописать именно в кормлении детей. Но цена, она все равно определяющая — смотря, на сколько опустится. Есть такие, которые опускаются на 50%. И я проигрывала из-за этого. А за мной армия людей из 100 человек стоит. В школе за все отвечает директор, ему выбирать и ему назначать. А говорить про коррупцию в школьном питании — да там коррумпировать не с чего. С обеда, который у нас сейчас стоит 58 руб. 56 коп., много можно отстегнуть? Я вам могу привезти то меню, по которому мы кормим, но вы понимаете сами, что там наценки — "шиш и маленько". Поэтому здесь никого за эти деньги не купишь и не подкупишь. Дети голосуют чистыми тарелками, своим приходом в столовую, поэтому здесь однозначно не может быть никакой коррумпирующей составляющей.

Мне кажется что это всё-таки специфика вашего региона, потому что в других регионах ситуация значительно более печальная. Во многих регионах мы получаем от родителей сообщения, чем кормят там, это и фальсификат…

К нам рвутся другие регионы, другие города. Слухами полнится земля, что у нас все собрались сейчас на конкурс, который будет в ноябре — и Екатеринбург, и Новосибирск, и Москва, все они рвутся в Томск, чтобы стать поставщиками детского питания.

А почему так происходит? Им не хватает сферы сбыта в своих городах?

Наверное, они знаю секрет, которого я не знаю, что здесь можно зарабатывать деньги. Я так скажу, что у меня есть коммерческая деятельность, у меня есть производство, у меня есть ресторан. И все деньги я зарабатываю с другого.

Я человек далеко не бедный. Что касается социалки, я вам честно скажу, это в большей степени мое хобби и рутинная работа.

Самый большой выхлоп эмоциональный — это именно от детского питания. Это такая отдача, такая моральная удовлетворенность.

Потому что когда ты приходишь в школу, заходишь на пищеблок, в зале сидят дети и говорят, что это здорово, я видео для себя снимаю, у меня большой архив видеодокументов от детей, и что они действительно голосуют походом в столовую, а не в ближайший ларек, и как они едят, их чистые тарелки. Это такая отдача, такая моральная удовлетворенность. Поэтому я и говорю, что это в высшей степени хобби. А я всё-таки считаю себя специалистом в этой сфере, мне это интересно.

С детьми разговариваешь: "Дети, вам вкусно?" — "Вкусно". "Здорово?" — "Здорово!". "Любите столовую?" — "Любим!". "А вот давайте, завтра будет картошка с котлетой или пакет чипсов. Что вы выберете?" — И что вы думаете, они мне при этом говорят? — "Чипсы!"

Понимаете, насколько мы, родители, бабушки, дедушки неправильно сформулировали пищевое поведение детей. Если ребёнок говорит, что невкусно, надо детям доверять, но всегда надо проверять. Я всегда говорю — приходите в школу, только позвоните за полчаса, у нас город достаточно небольшой, за полчаса из любой точки приеду, чтобы с вами встретиться и обсудить какую-то проблему. За полчаса на пищеблоке не переделаешь ничего, согласны? Не переваришь, не вымоешь, не приберёшь.

Мамочка мне позвонила: "Ну что это у вас такое, каждый день одна горошница!" А у нас в прейскуранте и в калькуляции, в технологических картах такого блюда нет. Я говорю, вы можете в школу подойти, например, через полчаса? Она говорит, да, сейчас, я еще родителей подключу. Они пришли — мы сняли все вопросы. Есть бракеражный журнал, они поняли, что есть контроль. Что девочка как раз обманывает про эту горошницу, потому что ей нужно идти и покупать чипсы. А так как горошница, видимо, её самое нелюбимое блюдо, она маме сказала. Даже если бы это блюдо было, оно не может быть каждый день, раз в три дня блюдо может даваться. Любой гарнир, любое мясное блюдо, любой напиток — комиссия не допустит, чтобы блюдо повторилось.

Один из секретов хорошего положения в Томске — Ваша открытость и то, что любой родитель может к вам обратиться напрямую.

Я бы не хотела, чтобы меня плохо лечили. Моих детей, моих внуков — плохо учили. Я не хочу плохо кормить, потому что закон бумеранга существует. Как будешь кормить, так тебя будут лечить, так будут внуков учить в школе. Вас плохо учат, плохо лечат, плохо стригут в парикмахерской? А почему вам должны хорошо делать, если вы так себе позволяете?

Нам нечего скрывать. Я за внезапные проверки и за открытость общения.

Мы, например все крупы берем в маленькой расфасовке, 700-800 г. Почему? Потому что они более отобранные, более качественные, они малосорные, пшено вообще берем самого наивысшего качества. И поварам не надо мешки таскать. Ей надо 7 кг, она зашла, взяла 10 пакетов, высыпала в промывочную, промыла и поставила варить.

Мне не стыдно за то, что я делаю. И мне уже давно не стыдно за тех поваров, с которыми я работаю. Нам нечего скрывать. Я за внезапные проверки и за открытость общения.

Вы упомянули, что покупаете пакетированное сливочное масло. Это какие-то маленькие фасовки?

Да, 200 г, его порционировать очень легко на бутерброд — на 20 частей его разрезали по 10 г на бутерброд.

Каждый пакет маркирован, можно увидеть производителя. Как вы считаете, разумно было бы, если на сайте поставщика или комбината питания висели бы фото этих товаров и документы?

Неплохая идея. Тогда бы много вопросов снималось автоматически.

Прозрачность — когда школа на сайте публикует поставщика, кто вы, что вы, телефоны, меню. А на сайте комбината питания будет представлена информация о продуктах, анализы.

Я с большим удовольствием хожу на родительские собрания. В результате моего рассказа многие вопросы снимаются. Когда я говорю, что дети едят, а что дети не едят, родители начинаю задумываться. У нас напитки великолепные, мы все готовим по технологии компотов. Все из свежих ягод и фруктов. Но дети их не пьют, не приучены.

Сколько у Вас сейчас школ на обслуживании?

25.

Вы сказали, что посещаете родительские собрания. Это выборочно?

Нет, почему, где приглашают. В этом году по ЗУМу была на собрании, там была родительская общественность, председатели родительских комитетов школ. Я говорю с удовольствием, мне не стыдно за то, что я делаю. Мне не стыдно, как я работаю, мне не стыдно за свою команду, которую я сформировала за десятилетия. Я могу спокойно смотреть людям в глаза, потому что я очень довольна своей работой, честно говорю.

А не могли бы Вы ещё поподробнее рассказать о родительском контроле? Вы упомянули, что он работает в этих школах.

Есть разные формы родительского контроля. У нас в одной из школ родители каждый день могут прийти, их встречает директор. Я не могу физически находиться в этой школе каждый день. В 9:30, когда первая перемена, родители могут приходить, смотреть, пробовать, давать свою оценку органолептическую блюдам. Потом они пишут в группе, на сайте. Где-то родители входят в состав бракеражной комиссии, если у них есть такая возможность. Где-то они приходят, просто заходят в столовую, знакомятся, спрашивают, дегустируют.

То, что они могут обратиться к Вам, это своеобразная форма родительского контроля. Это редкий случай.

Я не из балета пришла, я в теме, расставшись со своей предыдущей специальностью, я попала случайно в общепит. Это был девяносто восьмой год, теперь это дело моей жизни.

У нас есть горячая линия на сайте. Сейчас рассматриваем жалобы родителей из разных регионов, очень много жалоб на то, что питание холодное.

У нас сейчас тема персонала очень остро стоит. Особенно младший персонал, это мойщики, уборщики, кухонные работники. Работа трудная, соотношение трудозатрат и зарплаты — несоизмеримое.

У нас тоже есть эта проблема. Потому что сейчас коронавирусная инфекция. В период усиления эпидемиологической ситуации перемены каждые 20 минут. То есть каждые 20 минут приходят одновременно по 150-200 человек, через 20 минут приходят следующие. Мы им должны накрыть, дети сейчас не могут заниматься накрыванием. Я в одной школе опробовала на себе. У нас один нарезал и расставлял хлеб, второй порционировал и раздавал напитки. Я была третьим, вместе с четвертым мы раскладывали горячее блюдо и гарнир. 5 человек, они разливали суп, порционировали овощи и раздавали эти овощи. Понимаете? За сколько можно накрыть, даже если будет всё кипящее? Но стараемся как можно быстрее накрывать, чтобы хотя бы было как положено. Температура подачи у нас 85 градусов, ну хотя бы 75. Понятно, что это не горячо и не холодно, и не тепло, но это достаточно горячая пища. Такая проблема именно сейчас. Детки приходят, очень быстро, даже по 400 человек успеваем обслужить. У нас все повара выходят на раздачу. Вот три повара стоят, ребенок идет шагом за свой стол и садится. И вот так проблема с холодной пищей у нас решена. Школе чтобы решить эту проблему, нужно очень быстро работать и персонала соответствующее количество иметь. Не всегда его хватает, из-за пандемии уходили люди пенсионного возраста.

Людям сейчас проще стоять на бирже, получать пусть несколько меньшие деньги, но зато ничего не делать.

Сколько бригад приходится держать для обслуживания для такого количества школ?

В каждой школе своя бригада.

Расскажите об организации приготовления пищи в школах. Школа имеет свою площадь, насколько я знаю, оборудование для приготовления, основное оборудование предоставляется школой.

Основное оборудование предоставляет школа, площади предоставляет школа безвозмездно. Что касается нас, мы туда ставим весь персонал но и всё, что касается персонала — медосмотр, спецодежда, прививки, все, что касается кухонной посуды, всех бочков, котлов, кастрюль, тазиков, поварешек — это все наше. Что касается столовой посуды, это тоже полностью обеспечиваем мы, то что касается чистящих, моющих, дезинфицирующих средств, это тоже все на поставщике питания. Ремонт оборудования — самая большая, самая затратная статья расходов, потому что, к сожалению, фальсификат в последнее время идет. Если оборудование вышло из строя, я должна его купить.

Как Вы считаете, а что зависит от школы?

Чем больше школа будет обращать внимание на столовую, тем и им безопаснее, и мне спокойнее.

Контроль. Я за взаимный контроль. Мои сотрудники не могут оказаться одновременно в 30 точках. Я своим сотрудниками говорю, у вас двоевластие, вы подчиняетесь не только мне, но и директору школы. Потому что директор несет такую же ответственность, как и я. Он подписывает меню, которое просчитано специалистами. И он не имеет никакой опасности, подписывая его. Директор в школе каждый день, и сам может там есть. И одновременно бракераж снимает. Чем больше они будут обращать внимание на столовую, тем и им безопаснее, и мне спокойнее. И должна быть просветительская работа с детьми со стороны сотрудников школы.

Вот представьте, что Вы не в Томске, и ситуация не такая благополучная, как у Вас в Томске. Как Вы считаете, какова роль общественной организаций в этом процессе. Могут ли они запрашивать анализы, документы у комбината питания, просить провести проверку продуктов в рамках общественного контроля?

Я считаю, что да. Все это существует. Вот мы работаем всего 1,5 месяца, но нас уже кто только не проверил. Общественный контроль, пусть он будет, но пусть будет лучше родительский контроль. Потому что просто работать не дают, у нас ведь нет человека, который бы мог встречать комиссии, он точно так же в процессе, он приготавливает, он накрывает, он убирает. Они все делают вместе для того, чтобы и получить побольше. Поэтому кому-то кого-то встречать, вот эти постоянные комиссии. Есть приказ в школе о бракеражной комиссии. Прежде всего это бракеражная комиссия, это уже есть общественный контроль, куда входят и родители, и преподаватели, и ответственные за питание, и медицинские работники. То есть они ежедневный контроль осуществляют.

Речь не о том, чтобы приходил кто-то. Как можно добиться от комбината, чтобы он сделал проверку поставляемых продуктов на фальсификат. Как это можно сделать с помощью общественных организаций? Родители в других регионах боятся обращаться в школы, они обращаются в общественные организации. Каким образом можно поставщику питания предложить, чтобы он сделал проверку и опубликовал результаты?

Это вопрос к поставщику. Он в рамках своего производственного контроля берет наиболее часто фальсифицируемые продукты, сдает анализы в рамках производственного контроля и доказывает, что все хорошо. Или запрашивает их у поставщиков.

Сейчас это дело совести поставщика. Это не узаконено никак.

Чтобы пришла проверка по жалобе, тебя должны предупредить, уведомить за 2-3 дня. Сейчас проверки носят чисто формальный характер. У нас департамент приходит постоянно, проверяет в лице Первого заместителя, который отвечает за социальную работу в департаменте образования. Прокуратура очень много осуществляет проверок. Еще часто ходит, смотрит Уполномоченный по правам ребенка, он приходит вообще без всяких предупреждений. Наверное, он имеет на это право. Он и за 5 минут не предупреждает. Только звонит, — Наталья Александровна, я у вас был, все у вас хорошо.

А он имеет право отобрать продукты и сдать их на анализ в лабораторию?

Я думаю, что да.

У него есть доступ на пищеблок?

Я думаю, он все знает, все свои права и обязанности. Думаю, он все это имеет, и в том числе брать продукты на анализ.

В Новосибирске создан лабораторный центр, и все поставщики, которые работают с комбинатами питания, обязаны проходить лабораторный контроль сырья, которое завозится на территорию школьного пищеблока. Как Вы считаете, насколько это необходимо, например, сделать в Томске?

Я не знаю, где проходят контроль сырья поставщики, где они его декларируют и где они получают документы. Я считаю, что это неплохо. Этим должен заниматься тот, кто этим занимается. Мы должны получать полностью качественные продукты, из которых мы должны делать точно такую же хорошую 100% качественную продукцию. Здесь приоритет должен отдаваться тем, кто это производит. Если ты занимаешься продуктами питания, то ты проходи полностью весь контроль сырья. И уже предоставляй мне полностью безопасные продукты со всеми документами. Потому что каждый анализ стоит больших денег. В школьном питании этого нет, то есть если ещё вот это повесить на нашу зону ответственности, мы этого уже не потянем.

Интервью провела Асия Ярмухаметова